Российская Сивилла

Принтера

Дети абсурда

IMG 202 2IMG 202

О НОВОЙ КНИГЕ СМОТРОВА

Длинное предисловие к коротким стихам

 

«Давно тут сидим…»

   В смысле – проживаем в Волгограде. Помним много. Помним студию поэзии рано облысевшего мэтра – инкубатор кадров для Союза писателей. Тогда реально наблюдались люди, работавшие (!) поэтами. То бишь, реально, без всяких метафор работавшие! С записью в трудовой книжке (сам видел!) – «поэт». Поэты сбивались в стаи. В силу общей милитаристской направленности Большого Союза эти стаи именовались «обоймами».

Стая, которую формировал мэтр с могучим лысым черепом входила в обойму патриотов-почвенников. Вполне половозрелые мужики разных размеров вслед за мэтром воспевали утренние луга, деревенское детство, «звени» и «сутемени»… Молодые (впрочем, некоторым было уже под полтинник) дарования на все корки ругали «проклятый город», но назад в деревню почему-то не рвались.

И вот в этот дружный коллектив ворвалась группа действительно молодых поэтов. Время было смутное. Засидевшиеся замы рвались в бой за перестройку. Узда ослабла. И как во всякое смутное время появились новые русские, пишущие новые же, и тем не менее русские стихи. К чести мэтра, которого отличала какая-то неизбывная казачья чуйка, он их к вящему негодованию почвенных заединщиков с изучающей оглядкой принял. Подходила пора «переметываться в Литву», менять знамена. Хунвейбины от поэзии могли бы пригодиться. Тогда-то и зазвучала на студии фамилия Смотров.

«…Наиболее полное ощущение известной минуты»

   В иные смутные времена в массе плодились футуристы, иманжинисты и масса провинциальных эпигонов, «косящих» под них. Косовичи… Кстати, среди новых поэтов вторжения был узколицый малый по фамилии Коссович. В столицах из арбатских кухонь полезли всевозможные неофутуристы, куртуазные маньеристы и даже метаметафористы. Провозглашались манифесты. Габардиновые костюмы старья «разлазились каждым швом». Но кто их сейчас помнит, всех этих еременок, ждановых и даже парщиковых-рейдерманов… Обилие центонов, которое видимо и долженствовало означать пресловутую метаметафоричность (для заик звучит неплохо) не спасало от отсутствия главного – особого вещества поэзии. Маньеристы сейчас перебиваются, несмотря на свою куртуазность на патриотических помойках, типа «Шарж и перо». Иных уж нет… То есть вообще ничего от них не осталось. Все, как всегда.

   Смотров в этой волне не потерялся.

   Вот всегда не любил писать рецензии, хотя, когда работал в Бюро пропаганды СП распределял, каюсь, эту пакость среди похмельных инженеров человеческих душ. Еще больше не любил их читать. Помнится, до рвоты доводили все эти «…с присущей ему…», «поднимает насущные проблемы…», «вскрывает сущность…». Посему, ограничусь определением Бора… (Бара?)тынского (извечная российская путаница): «Поэзия есть наиболее полное ощущение известной минуты». Так вот, Михаил Смотров каким-то непостижимым образом и создает это ощущение. В любых его стихотворных конструкциях есть оно, это странное и чудесное вещество поэзии. Это, пожалуй, главное. Он невероятно самобытен. Как Глазков. Как Прутков или капитан Лебядкин. Крайние имена, как известно, вымышленные, но стали на порядок реальней, чем легион «работающих» поэтами. На Смотрова легко писать пародии. Ему тянет подражать. Это ли не признак самобытности…

 

Личный взгляд

   Смотров, безусловно, в поэзии трикстер. Трикстер – звучит гордо. Образчик трикстера, веселый гёз Тиль нехило вломил чванливым испанцам, демонический трикстер Хлестаков задолго до Крыма обрушил уездную вертикаль путинского (зачеркнуто) николаевского режима, камаринский мужик ворвался в русскую музыку и поэзию…

   Ба, да вот же есть классический трикстер – уличный музыкант Августин! Западная вариация русского трикстера – камаринского мужика. Напомню, что оный Августин, будучи пьяным до изумления, во время эпидемии коронавируса (зачеркнуто) чумы, свалился в яму с чумными трупами и уснул там, а когда проснулся, то стал вопить, чтобы его вытащили. Но суеверные горожане не спешили вытаскивать живой труп, и тогда Августин запел. Да-да, утверждая скромное обаяние буржуазии, он запел то самое, простое мещанско-протестантское «Ах мой милый Августин…».

   А вы знаете, что некогда гимн мещанства звучал со Спасской башни? А вы знаете, кто с гордостью заявил: «Я просто русский мещанин…»?

   Почему-то мещанство, ставшее тщанием местечковых культуртрегеров чем-то вроде ругательства пережило все эпидемии и революции. Так и стихи Смотрова. Дай Бог преодолеть ему тяготение провинциальности и выйти на орбиту всероссийской известности. Он гораздо достойней смотрелся бы там среди всех этих «граждан-поэтов», ревниво оккупировавших российский Парнас.

   Предлагаем вашему вниманию несколько стихов Смотрова. Как гласит реклама: они этого достойны.

***

Из бытия небытиё

Течет мое житьё-бытьё.

У всех течет житьё-бытьё

Из бытия в небытиё…

***

Я бюстгальтер из шкуры ёжика

В эксклюзивной видел продаже.

Мода ёжиков уничтожила,

А точнее двух ёжиков даже.

***

Не побоюсь

Сказать красиво:

«О, Русь!

Эпическая сила!

***

Сногсшибательный прогноз:

Сначала дождь, потом мороз.

***

Ты проходила турникет,

А я стоял у турникета,

Не говори, что счастья нет,

Я знаю сам, что счастья нету.

Но главное, что денег нет.

И потому, что денег нету,

Ты проходила турникет,

А я стоял у турникета.

География

По форме город Элиста
Напоминает тень глиста.

По форме город Волгоград

Длиннее Элисты стократ.

Фраза недели

   Либо человечество покончит с войной, либо война покончит с человечеством.

Джон Фитцджеральд КЕННЕДИ

 

 
 

Стишок недели

Ничего не тонет в Лете —

аж в глазах рябит.

Всё в отцов играют дети,

всё кричат: «Убит!»

Евгений ЛУКИН

 

 

 

Город героев

АйТи Юг Волгоград